новости, достопримечательности, история, карта, фотогалерея Донецкой области
Донбасс информационный - путеводитель по Донецкой области

Новости Донецкой области (Донбасса) и Украины

20 мая 2018 года

Юрий Гримчак: Россия готовится уйти с Донбасса

Юрий Гримчак 

Заместитель министра по вопросам временно оккупированных территорий и внутренне перемещенных лиц Юрий Гримчак в интервью "Апострофу" рассказал, что изменится с переходом украинских военных на Донбассе к Операции Объединенных сил, какой сценарий освобождения оккупированных территорий является наиболее вероятным и почему нельзя вернуть контроль над ОРДЛО благодаря только работе с местным населением.

- Украина 30 апреля завершила АТО и перешла к проведению Операции Объединенных сил. В чем практическая суть изменений с военной точки зрения?

- Антитеррористическую операцию, согласно действующему законодательству, проводил Антитеррористический центр при Службе безопасности Украины во главе с первым заместителем председателя СБУ. Хотя уже примерно год на линии разграничения остались только воинские части, Национальную гвардию вывели на вторую и третью линии, и войну сегодня ведут фактически военные, юридически все распоряжения идут через Антитеррористический центр. Это сегодня, оказывается, лишнее звено. Причем сам председатель СБУ господин [Василий] Грицак говорит: "Наши офицеры не имеют достаточных знаний для организации военных действий, они специалисты в другом: борьба с терроризмом, перехват ДРГ, агентура". И поэтому на сегодня мы фактически вернулись к тому, что должно быть. Мы упростили управление войсками. Военные являются главными, командующим Объединенными силами является генерал [Сергей] Наев, и все подразделения, в том числе Службы безопасности, Национальной гвардии, Национальной полиции и Вооруженных сил, подчинены этому Объединенному штабу.

- Изменит ли этот формат что-то для гражданских, которые проживают в зоне конфликта?

- По большому счету ничего не изменится. Единственное – во время проведения Операции Объединенных сил возможны какие-то ограничения в отношении передвижения, возможно, в каких-то местах будет более жесткий режим проверки: кто передвигается, когда, с какой целью. Возможно, частично будет тяжелее работать журналистам или блогерам. Почему? Потому что у нас довольно часто были утечки информации о перемещении войск, о подготовительных действиях и так далее. Но с точки зрения формальностей это никоим образом не повлияет на законопослушных граждан.

- А это даст возможность надеяться на хорватский сценарий освобождения территорий, например?

- В Хорватии было два сценария. Первый – это сценарий Сербской Краины, чисто военный сценарий, когда войска за три дня полностью освободили территорию Сербской Краины. И второй вариант – Восточной Славонии, который на сегодня мы считаем наиболее приемлемым для Украины, когда в Восточную Славонию зашли миротворческие войска ООН, была создана международная администрация, разоружены боевики, и в течение двух или трех лет территория полностью вернулась под юрисдикцию Хорватии.

Можно ли сегодня рассматривать для Украины хорватский сценарий наподобие Сербской Краины? Да, можно, но есть проблемы. В прошлом году руководитель нашего Генерального штаба господин [Виктор] Муженко сказал, что мы в течение двух недель можем освободить территорию ОРДЛО, но мы не можем спрогнозировать, какими силами и средствами по нашим Вооруженным силам ударит в ответ Российская Федерация. И поэтому этот вариант наименее вероятен.

Есть второй вариант (тут как раз хорватский сценарий) – если наши союзники поставят ситуацию в Российской Федерации в такое положение, что они дадут гарантии невмешательства в освобождение этих территорий. Это неплохой вариант, но теоретически он тоже достаточно сомнительный.

А вот третий вариант, о миротворческой миссии, я думаю, наиболее вероятный вариант.

- Многих в Украине интересует, отреагирует ли Россия на смену военного формата? Или это имеет только внутреннее значение, а Кремлю все равно?

- Чтобы было понятно, после принятия закона (закон "Об особенностях государственной политики относительно обеспечения государственного суверенитета Украины над временно оккупированными территориями в Донецкой и Луганской областях" предусматривал изменение АТО на ООС, - apostrophe.ua) президент России собрал Совет безопасности, где обсуждался этот закон. Поэтому им не все равно.

- Недавно ПАСЕ признала Россию страной, которая осуществляет контроль над ОРДЛО. Можно ли назвать это фактическим признанием оккупации Россией Донбасса?

- Раньше ОРДЛО в документах именовались территориями, которые не контролирует правительство, а сегодня написано, что это оккупированная территория, и контроль осуществляется Российской Федерацией. То есть это прямое признание оккупации этих территорий Российской Федерацией. И это достаточно серьезно.

Это не даст эффекта освобождения завтра. Но последние несколько лет они сомневались в том, что в ОРДЛО все же есть российские войска. Сегодня так сложилась ситуация, что Европа это признала.

- Что вы думаете о плане постепенного освобождения городов Донбасса, который предложил министр Арсен Аваков? Вы его читали?

- Читал. Знаете, в чем дело: если будет принято решение Совета безопасности ООН [о введении миротворцев на Донбасс], которое сможет обойти вето Российской Федерации (или [это будет сделано] каким-то другим путем, потому что есть и другие пути), то нет смысла освобождать территорию частично.

Из того, что мне видится, есть смысл разной скорости интеграции освобожденных территорий в правовое поле Украины. То есть выборы в местные органы власти, например, в Шахтерске можно будет провести через три или через пять месяцев, а в Горловке – через два или шесть. Это будет зависеть от того, как быстро будут разоружены боевики, как быстро будет установлена безопасность на этих территориях. Когда был освобожден Славянск после трех месяцев оккупации, еще в течение года сотрудники Службы безопасности, Национальной гвардии, Национальной полиции чистили город от остатков диверсантов, которых там нарочно оставили, от оружия, которое там было припрятано. И хотя сейчас там более-менее безопасная ситуация, но и до сих пор находят оружие и боевиков, которые там скрываются.

Но частично освобождать я не вижу смысла. И еще один момент: я не верю в то, что, если мы построим в Горловке "город-сад", это каким-то образом повлияет на людей, которые живут в Шахтерске. Так, например, есть Северная и Южная Корея, и уровень жизни в Южной Корее существенно выше, но это никоим образом не меняет того, что уже третий Ким руководит КНДР.

- Еще Аваков говорит о необходимости принятия закона о коллаборантах. Что вы об этом думаете?

- У меня большие сомнения по этому поводу. Все время мы идем по лезвию, с одной стороны, имея необходимость обеспечить безопасность в стране, а с другой стороны, сделать так, чтобы это не ухудшило права людей.

И сам закон о коллаборации – это довольно интересно. Я сам себе задаю такой вопрос: какой уровень коллаборации, например, у директора школы?

- Или у врачей, например.

- Или у врачей? "Любимая" моя фракция в нынешней Верховной Раде "Самопомич" предлагала наказывать работников библиотек и тех, кто работает в детских садах. Да, они фактически получают деньги от оккупанта, но, честно говоря, разве это тот уровень коллаборации?

Мне кажется, что такое решение будет не очень хорошо принято многими нашими союзниками, потому что там права людей – это достаточно серьезно. Кроме того, у нас есть закон об освобождении от ответственности людей, которые принимали участие в событиях в отдельных районах Донецкой и Луганской областей. Он был принят в 2014 году, но до сих пор не введен в действие, хотя одним из пунктов Минских договоренностей было именно введение его в действие. Там есть перечень тяжких и особо тяжких статей Уголовного кодекса Украины, на которые этот закон не распространяется, то есть за которые люди должны нести ответственность. Все остальные, кто сотрудничал с оккупационной администрацией, просто появляются, пишут, условно говоря, признание и после этого освобождаются от ответственности. Мне кажется, что если десятки тысяч людей, которые сегодня получают деньги от оккупационной администрации, проверять на уровень коллаборации – ну мы просто утонем в уголовных делах. Смысла я в этом не вижу.

- Как тогда лучше сделать? Мы понимаем, что настроения у людей достаточно разные. Последние опросы показали, что не все жители оккупированных территорий готовы возвращаться в Украину, кое-кто уже не хочет ни в Россию, ни в Украину...

- Я смотрел последние соцопросы. Ну, честно, проводить любые социологические исследования на оккупированной территории – это примерно как в 1943 году в том же Донецке провести социологический опрос: как вы относитесь к гестапо? Все напишут, что гестапо – это самая любимая их организация. И это не потому, что они так думают.

- Конечно, люди будут бояться.

- Здесь есть огромное количество нюансов. Но это – люди, которые являются гражданами нашей страны и с которыми нам придется, нравится нам это или нет, жить. Я прошу прощения, нам придется жить вместе с теми людьми, которые потеряли своих близких, в том числе и во время боевых действий. Да, они были предателями страны, они взяли оружие, пошли на линию фронта и пробовали совершать сопротивление Вооруженным силам Украины. Но мы должны понимать, что с их детьми, мамами и так далее нам нужно будет каким-то образом общаться. И это тоже проблема. Мы готовим специалистов, которые готовы общаться с этой категорией людей. И это не так просто.

Еще один момент, самый главный, мне кажется, - это лишение права голоса. Но право свободного выбора – это базовое право человека, его нельзя просто отменить или отсрочить.

- Вы очень правильно сказали, что украинцам из разных регионов придется научиться жить вместе. Но сейчас есть много радикальных настроений в Украине, много людей, которые говорят, мол: "И зачем нам эти сепары?" Как должно действовать государство?

- Не так давно я был на местном киевском радио, и количество людей, которые позвонили в эфир и восхваляли Сталина, было просто поразительным, будто я не в Киеве нахожусь. Извините, если вы действительно считаете, что количество людей, которые там повелись на российскую пропаганду, гораздо больше, чем в Киеве, то вы тогда ничего не понимаете в собственной стране. Это сопоставимые проценты – в Киеве и в Донецке.

В Донецке произошла российская агрессия, это понятно. Но не надо, в том числе, снимать вину с нашего собственного государства. Мы это допустили как государство. Да, мы на тот момент были слабыми, у нас с властью были недоразумения, и этим воспользовалась Российская Федерация. Но люди, которые живут сегодня в Донецке, так же платили налоги, так же удерживали наше государство, и они имели право рассчитывать на то, что когда какая-то "гопота", большая часть которой приехала из России, будет захватывать административные учреждения, государство отреагирует правильно, даст тем, кто приехал, пинка – и в Ростов, а с остальными будет разбираться в соответствии с действующим законодательством. Так не произошло. И это тоже наша проблема.

А все разговоры о том, что люди там какие-то не такие... Я прошу прощения, я родился и большую часть своей жизни прожил в городе Донецк. И я должен сказать, что на митинги на площади Ленина десятки тысяч людей выходили с флагами Украины. У нас первый человек погиб (это был пресс-секретарь партии "Свобода" Дмитрий Чернявский) во время проведения этих митингов. Это наша земля и наши люди.

Я вам больше скажу, мы делали предварительные расчеты: если Россия не закроет свои границы и будет свободная возможность выехать из ОРДЛО, то около 100 тысяч человек, как мы считаем, выедет с территории Донецкой области в Россию. Да, частично туда уедут преступники, частично уедут просто испуганные люди, частично те, кто не видит себя в Украине. Но такие люди, в том числе, останутся. У нас значительная часть людей и на нашей территории, где работает наше телевидение, радио и тому подобное, до сих пор любит Сталина, Ленина, Путина.

- Или Гитлера. Помните новость про учительницу из Львова, которая поздравила Гитлера с днем рождения...

- Не хочется это комментировать, мол взломали ее аккаунт или не взломали. В нашей стране есть процент тех, кто [любит] Гитлера. Так он есть во всех странах. Последний опрос, например, по поводу антисемитизма показал, что все попытки Российской Федерации приписать Украине некий особый антисемитизм провалились, потому что социологи показали самый низкий уровень антисемитизма в сравнении со всеми странами вокруг.

У нас очень толерантная страна, в частности к тем, кто, например, открыто почитает Ленина. Вот к тому месту, где ему был памятник, до сих пор цветы носят. Ну, имеют право.

- Бывший представитель Украины на переговорах в Минске Роман Бессмертный считает, что возвращение оккупированного Донбасса не требует сложных схем или военных операций, а только "правильно построенной работы с людьми". Для этого он, в частности, предлагает устроить прямые телемосты с Донецком и Луганском. Как вам такие предложения?

- Я не верю. От слова "совсем". Мы с господином Романом давно знакомы и не раз об этом дискутировали.

Во-первых, если вы говорите, что это оккупированная территория, то как она может вернуться благодаря работе с людьми? Там есть российские войска, есть 1-й и 2-й армейские корпуса, которые руководятся и удерживаются россиянами. Мы работаем с людьми – прекрасно. И после этого россияне просто расплачутся, скажут: "Вы нас не любите!" – и уйдут? Это же смешно. Есть оккупационная администрация, есть оккупационные войска, есть страна-агрессор и оккупант. Да, работать с людьми, которые там живут, надо. И это правильно. Но это никоим образом не вернет эти территории в состав Украины – вот просто от слова "совсем".

И во-вторых, мосты – это классно. У меня только вопрос: кто будет на этом мосту разговаривать с той территорией? А с той стороны кто будет разговаривать? Я сразу отвечу: люди, которых специально отберут в "МГБ ДНР/ЛНР" и ФСБ Российской Федерации. И они нам будут рассказывать про "кровавую хунту" и так далее. А если они этого не будут рассказывать, их кинут на подвал. Надо понимать, что даже с Крымом легче частично. Почему? Плохая, дурная, но там есть власть и действуют там, условно говоря, законы Российской Федерации, по которым можно хотя бы защищать наших людей, которые там в тюрьму попадают. В ДНР и ЛНР нет законов, там нет возможности даже оспаривать что-то. Там есть один закон: не нравится – на подвал. Если мы это понимаем, то как можно проводить мосты? Что это даст? С той стороны будут специально подобранные люди с написанными темниками. О чем мы будем с ними разговаривать?

Это будет то же самое, что сегодня делают адвокаты господина [Виктора] Януковича во время суда. Там есть один простой вопрос – государственная измена Януковича, а они пытаются устроить судилище над Майданом. Это не суть того, что рассматривает суд. Суд рассматривает, предал Янукович Украину как государство или не предал, написал он письмо или не написал. Все остальное ни при чем. Так и здесь – надо понимать, о чем они могут рассказывать. Они будут рассказывать, как классно они живут, то есть мы им дадим площадку на нашем телевидении, чтобы они нам тут рассказывали, как у них там классно. Причем это не будет иметь никакого отношения к тому, как там на самом деле живут люди.

- К четвертой годовщине "русской весны" российское телевидение выпустило пропагандистский фильм, в котором нет упоминаний о россиянах Стрелкове, Бородае. Почему? Россия хочет показать, мол, "мы здесь ни при чем"?

- Типа "нас там нет". Они не показывают тех людей, которые сегодня там руководят всем. Потому что все эти ребята, которые назвали себя "министрами" и сидят в кабинетах, не принимают решения. Мы прекрасно знаем, кто принимает решения и с кем мы договариваемся в Минске.

Это кино для того, чтобы россияне посмотрели и "поняли", что все эти люди сражаются с Вооруженными силами Украины, потому что якобы хотят федерации. Один автор написал: "Слушайте, а есть ли где-нибудь пример в истории, чтобы война была из-за того, что люди хотят федерации?" Вот интересно просто. То есть мы готовы с вами жить вместе, мы даже простим, что вы сюда пришли с оружием, но мы хотим федерации. Это глупости. Это 100% для внутреннего потребления.

Вообще, я думаю, несмотря на все бравурные заявления, они готовятся уйти с Донбасса.

- Недавно живо обсуждалась тема затопления шахт на оккупированных территориях, что может иметь катастрофические последствия для экологии. К чему приведут такие действия боевиков?

- Из 36 шахт, кажется, 29 уже затоплены, другие – в процессе. Это большое количество. Почти все шахты связаны между собой, то есть, если одна шахта заполняется, то вода идет на соседнюю, даже если там работает водоотлив (насосы с большой глубины поднимают воду).

И эти затопления шахт уже имеют два последствия: первое – частично началось увеличение поступления воды на шахты, которые находятся на подконтрольной нам территории, которые работают и добывают уголь. И наше правительство принимало решение о выделении дополнительных средств на откачку воды. Потому что, условно, шахта на нашей территории откачивала 500 куб. м в час, а теперь будет выкачивать 1000 куб. м. Это не точные цифры, это условно, где-то примерно в таком соотношении. Есть информация и о том, что в связи с затоплением шахт такая же ситуация сложилась на закрытых шахтах в Ростовской области. Там тоже уровень воды увеличивается. Ну это уже их проблемы.

И, во-вторых, затопление шахт ведет к тому, что вода начинает подниматься на поверхность. В Горловке в прошлом году фиксировали скопление метана в подвалах, в погребах даже многоквартирных домов. Метан – это газ, не имеющий запаха, он прозрачный, но как только создается так называемая метано-воздушная смесь, то из-за малейшей искры это приводит к взрыву. Когда в шахте происходит взрыв или пожар, это означает, что эта метано-воздушная смесь пошла по шахте, где нашла искру – и там произошел взрыв. И это уже первый признак того, что вода выталкивает газы на поверхность.

Наше министерство и Министерство экологии уже неоднократно говорили, что это может привести к тому, что у нас Центральный Донбасс может превратиться в такое себе болото, где не будет травы, деревьев и всего прочего. Поскольку (это не наше исследование, но мы им пользуемся) на территории ОРДЛО 70% источников питьевой воды уже непригодны для использования. На сегодня замеры воды в Северском Донце, которые делали у нас и в России, показывают, что уровень минерализации до линии разграничения и в Российской Федерации отличается в восемь раз. Это уже последствия того, что происходит.

У нашего министерства есть рабочая группа, которая пробует спрогнозировать и разработать шаги, которые надо будет делать, когда мы вернемся на эту территорию, каким образом отводить эту воду, как восстанавливать землю. У наших отцов и дедов есть опыт, мы фактически это сделали в Крыму. Потому что солончаки Центрального Крыма – это была полупустыня, там, кажется, чуть ли не десять лет поливали водой из канала, что привело к тому, что все соли ушли вниз, и земля стала плодородной, ее можно было использовать для выращивания. Сейчас идет процесс обратный.

- А как решить эти проблемы, чтобы они не накапливались?

- Смотрите, под Енакиево есть шахта "Юный коммунар", закрытая еще в 2002 году решением правительства с формулировкой "навечно". Почему? В 1979 году там на глубине 902 метра произошел ядерный взрыв, который был плановым – использование мирного атома с целью не допустить выбросов угля и газа. Он не дал ожидаемого эффекта. И 14 апреля оккупационная власть заявила, что собирается остановить водоотлив на этой шахте. Это может привести к радиационному загрязнению как нашей территории, так и оккупированной территории, Енакиево. Наши специалисты говорят, что возможно загрязнение Северского Донца с выходом на Ростовскую область, загрязнение Дона и, как следствие, возможно, даже Азовского моря. Это одна из главных экологических угроз. Хотя угроз там много, там есть заводы, которые хранят токсичные отходы, есть ситуация с шахтами, где надо увеличивать очистку воды.

- С нашей стороны ведется какое-то документирование экологических проблем? Или вы оцениваете только примерно?

- Примерно. Мы используем, например, спутниковые снимки для оценки, но это весьма приблизительно. Сегодня международных экспертов по вопросам экологии не пускают в ОРДЛО. Но мы разными путями все-таки получаем информацию и можем с более-менее высокой долей вероятности сказать, что будет в ближайшее время.

- Время от времени в СМИ появляются цифры относительно того, сколько понадобится средств на восстановление Донбасса.

- Это условные цифры. Наш министр выступал и говорил, что разминирование будет длиться минимум 10 лет. Из чего он исходил? Он исходил из того, что в Хорватии, где боевые действия были гораздо менее интенсивными, в течение 10 лет происходило разминирование местности. Следовательно, мы можем сказать, что у нас это будет длиться не меньше. Расходы Хорватии были такие-то, то есть мы можем сказать, что наши будут больше, условно говоря, в два раза.

- А какая там была цифра?

- Около 10 млрд долларов в течение десяти лет.

- Юрий, идет пятый год войны на Донбассе, а у людей все равно возникают вопросы – откуда там блага цивилизации (вода, газ, электричество) и кто за это платит. Можете рассказать нам?

- Воду частично поставляем мы. Это единственный ресурс, который Украина поставляет на эту территорию. И это связано с конвенцией ООН, согласно которой вода является базовой необходимостью для человека. Согласно этой конвенции, страна обязана делать все, чтобы базовую потребность человека удовлетворить, даже во время боевых действий. Так прописано. И, наверное, это правильно. Поэтому мы сегодня поставляем воду в Луганскую и в Донецкую области. Причем в Луганской области время от времени останавливается поставка. Не знаю, какого черта они обстреливают именно этот узкий промежуток водопровода и его пробивают. Мы приглашаем наших коллег, в том числе и из Европы, Соединенных Штатов, ООН и других организаций, и показываем, что это целенаправленные обстрелы туда, где идет вода на их территорию. Это тяжело объяснить, но так происходит.

И есть ситуация в Донецкой области, где вода поставляется через канал "Северский Донец – Донбасс", который частично проходит на нашей территории – именно как канал, а после Славянска он больше идет в трубах. Это инженерное сооружение проходит через оккупированную территорию, выходит на нашу территорию и дальше идет на Мариуполь. И здесь мы связаны: они не могут отключить Мариуполь, потому что мы отключим Донецк, поэтому там паритет.

Относительно энергетики. Уже год, как мы перестали поставлять электроэнергию в Луганск, хотя там тоже была проблема, потому что мы поставляли [электроэнергию] на север Луганской области через оккупированную территорию. Но там каким-то образом исправляемся. И в Донецкой области перетоки остановились где-то тоже примерно год назад, но раньше мы брали электроэнергию на той территории, потому что в оккупированной Донецкой области осталось две электростанции – Зуевская и Старобешевская, которые фактически полностью обеспечивают оккупированную территорию электроэнергией. Плюс россияне построили ЛЭП, которая идет [из России] на оккупированную территорию, и есть ЛЭП, которая идет из Донецкой области на оккупированную территорию Луганской области.

Газ они получают напрямую из Российской Федерации. Попытки выставить счета Украине были отменены Стокгольмским арбитражем. Причем для внутреннего потребления они говорили, что это гуманитарная помощь Российской Федерации "братьям нашим", а Украине пробовали выставлять счета за этот газ. "Нафтогаз" их не принимал, и Стокгольмский арбитражный суд решил, что это неправильно, и они списали эти претензии с баланса.

- В чем жители оккупированных территорий сейчас нуждаются больше всего?

- Есть доклад ООН, согласно которому на оккупированной территории люди испытывают недостаток пищи. Это еще не голод, но для нормального функционирования человеку нужны овощи, фрукты, мясо, рыба и так далее. Сегодня значительная часть людей на оккупированной территории не может получить этот необходимый для нормального функционирования организма набор продуктов. Координатор гуманитарных программ ООН в нашей стране Нил Вокер сказал, что в связи с недостаточностью финансирования они сворачивают помощь продуктами питания на оккупированную территорию.

- А со стороны государства есть ли какая-то помощь?

- Украина пробовала несколько раз отправлять гуманитарный конвой на ту территорию, но они запретили нашим конвоям проходить туда. Единственные, кого они принимали, это ООН и Красный крест.

- Ну и мы видели "гуманитарные конвои", которые шли из России.

- Это не совсем гумконвои, это больше была пиар-акция, причем у нас были вопросы, что там вообще везут, потому что мы знаем, что эти машины шли полупустые. Возможно, там было оружие, ракеты для "Градов". Предварительно была договоренность, что гумконвои будут осматриваться представителями ОБСЕ и нашими пограничниками на территории Российской Федерации, но они не позволили этого сделать. И поэтому мы до сих пор считаем, что эти гуманитарные конвои незаконны, они больше связаны с обеспечением боевиков оружием, чем с гуманитарной миссией.

- И последний вопрос – о "передаче" оккупационными властями Крыма острова Тузла России. Что дальше? Украина, я так понимаю, не имеет возможности на это как-то отреагировать?

- На сегодня надо понимать несколько вещей. Украина как независимое, соборное и самостоятельное государство существует с 1991 года в границах, которые были признаны всем миром, и Российской Федерацией также. Российская Федерация существует как независимое государство с 1991 года, ее границы были признаны, в том числе договором о сотрудничестве между Украиной и Россией. Согласно этим договорам, Крым – это Украина и Тузла – это Украина. Так как я уже слышал попытки рассказать, что в свое время, во времена Хрущева или Брежнева, Аллах его знает, как это было, но приняли решение о передаче острова Тузла, и это якобы было незаконно. Послушайте, меня это не интересует. И мою страну тоже. У нас есть общепризнанные границы.

У нас есть договор (между прочим, этот договор до сих пор размещен на сайте Министерства иностранных дел Российской Федерации, он действующий, он является законом для Российской Федерации), согласно которому Крым и как составная часть Крыма и всей Украины остров Тузла – это украинская территория.

Согласно нашему законодательству, любые действия, совершенные оккупационными администрациями, неправомерны. Все, что они там делают, честно говоря, нам не очень интересно, потому что это оккупированная территория, а остров Тузла должен вернуться, как и Крым, в состав Украины. А все, что они кому-то там передают, не имеет значения.

Екатерина Шумило

 

Группы в социальных сетях: Группа Донбасс информационный в ВКонтакте   Группа Донбасс информационный в Facebook   Группа Донбасс информационный в Googleplus   Донбасс информационный в Одноклассниках   Донбасс информационный в Твиттере
Отправить пост в социальную сеть:
Google +

Архив Новостей

2018 август
2018 июль
2018 июнь
2018 май
2018 апрель
2018 март
2018 февраль
2018 январь
2017 декабрь
2017 ноябрь
2017 октябрь
2017 сентябрь
2017 август
2017 июль
2017 июнь
2017 май
2017 апрель
2017 март
2017 февраль
2017 январь
2016 декабрь
2016 ноябрь
2016 октябрь
2016 сентябрь
2016 август
2016 июль
2016 июнь
2016 май
2016 апрель
2016 март
2016 февраль
2016 январь
2015 декабрь
2015 ноябрь
2015 октябрь
2015 сентябрь
2015 август
2015 июль
2015 июнь
2015 май
2015 апрель
2015 март
2015 февраль
2015 январь
2014 декабрь
2014 ноябрь
2014 октябрь
2014 сентябрь
2014 август
2014 июль
2014 июнь
2014 май
2014 апрель
2014 март
2014 февраль
2014 январь
2013 декабрь
2013 ноябрь
2013 октябрь
2013 сентябрь
2013 август
2013 июль
2013 июнь
2013 май
2013 апрель
2013 март
2013 февраль
2013 январь
2012 декабрь
2012 ноябрь
2012 октябрь
2012 сентябрь
2012 август
2012 июль
2012 июнь
2012 май
2012 апрель
2012 март
2012 февраль
2012 январь
2011 декабрь
2011 ноябрь
2011 октябрь
2011 сентябрь
2011 август
stat24.meta.ua
Copyright © 2011 - 2018 | www.donbass-info.com | При копировании информации с сайта активная ссылка обязательна!